Форум » Екатерина Юрьева (apropos) » Шанс - 7 » Ответить

Шанс - 7

apropos: Автор: apropos Название: Шанс (рабочее) Жанр: видимо, что-то о любви. Первые главы на сайте: http://apropospage.ru/lit/avtor/shans/sh_1.html От Хелги: О, наш Герой, упрямый и мятежный, Он вырывается из слова и строки, Бесстрашен, упоительно невежлив, Нахален, дерзок, горд, его руки Небрежный взмах чарует, и ласкает Янтарных глаз насмешка, - он умен, Он тактик и стратег, и сердце тает Когда является шикарный, наглый ОН!

Ответов - 100, стр: 1 2 3 4 5 All

Klo: apropos Очень мило все. apropos пишет: Князь подозрителен? Вот не подозрителен... Зато подозрительны обстоятельства, подтолкнувшие его на этот, прямо скажем, необычный шаг.

apropos: Klo Klo пишет: Зато подозрительны обстоятельства, подтолкнувшие его на этот, прямо скажем, необычный шаг. Что есть - то есть. Может, он такой оригинал.

Малаша: apropos , спасибо! Очень рада за Бов, так все хорошо складывается, и князь оказался прекрасным мужем. Начинает нравиться Элли. Болтушки хороши тем, что могут многое разболтать, а у нас информации о Лансе пока мало, как и у Бов. Все хотелось спросить, почему выбрана такая героиня? Бедная, зависимая, много пережившая. Хотелось написать историю про Золушку? У автора другие героини обычно обеспеченные (Докки, Женни, Антонина), тут же возраст и положение совсем другое.


apropos: Малаша Малаша пишет: Болтушки хороши тем, что могут многое разболтать Это точно. Посмотрим, что там Элли наболтает - если разговорится, конечно. Малаша пишет: Хотелось написать историю про Золушку? Ну, такая история - лакомый кусочек для авторов любовных романов, не без того. Хотя, признаться, я действительно предпочитаю иметь дело с героинями более независимыми, самостоятельными, с развязанными руками, так сказать. Когда они могут проявить свой характер - и имеют его. Бов появилась скорее случайно, в ответ на несчастную судьбу и так уже несчастной компаньонки - персонажа, созданного в процессе коллективного творчества на нашем форуме. Признаться, мы были потрясены, когда при обсуждении счастливого будущего персонажей сего романа, именно ее лишили права на хоть какой проблеск даже надежды на личное счастье и прочее благополучие. Мол, обойдется, пусть довольствуется в перспективе получением работы у дальних родственников. В итоге в Переполохе (другом коллективном романе, который тогда писался) мы с соавторами повысили статус своей компаньонки - выдали ее замуж не за простого эсквайра, как ранее планировалось, а за графа. А я начала писать роман о бедной дальней родственнице, желая устроить судьбу хотя бы еще одной обездоленной женщины.

Хелга: apropos пишет: Признаться, мы были потрясены, когда при обсуждении счастливого будущего персонажей сего романа, именно ее лишили права на хоть какой проблеск даже надежды на личное счастье и прочее благополучие. Мол, обойдется, пусть довольствуется в перспективе получением работы у дальних родственников. Да, помню эту историю. Отчего нужно лишать шанса(Шанса! ) на любовь только потому, что женщина немолода и небогата? Компаньонки, горничные часто остаются за занавесом, картонными фигурами, лишенными жизни и судьбы. Еще и поэтому с таким нетерпением жду продолжения Шанса!

Малаша: Что это за коллективный роман, если не Переполох? Где искать, не подскажете? apropos пишет: именно ее лишили права на хоть какой проблеск даже надежды на личное счастье и прочее благополучие. Из-за сюжета? По-другому не получалось? Всегда очень жалко таких героинь. Если, конечно, они заслуживают счастье. Бывают ведь зловредные персонажи, за которых переживать не хочется, как и судьбу их устраивать. Вроде Уикхема или мисс Бингли. apropos пишет: выдали ее замуж не за простого эсквайра, как ранее планировалось, а за графа. Там это очень эффектно получилось, помню. А за Бов мы все здесь переживаем. Она уже устроена, но что-то тревожно за нее. Как интересно оказывается, бывает история появления героини. Или героя. Палевский, где-то читала, появился после чтения исторической литературы об одном реально существующем генерале.

Малаша: Хелга пишет: Отчего нужно лишать шанса(Шанса! ) на любовь только потому, что женщина немолода и небогата? Несправедливо получается, все имеют право на счастье, независимо от возраста и состояния. В Переполохе его все получили, за что авторам огромная благодарность.

apropos: Хелга пишет: Компаньонки, горничные часто остаются за занавесом Понятно, что невозможно устроить судьбу всех обездоленных слуг и проч., встречающихся на страницах романов, но когда уже выведенного полноценного персонажа лишают хотя бы относительно устроенного, не говоря о счастливом, будущего - видеть это было крайне неприятно и тяжело, в общем. Малаша пишет: Бывают ведь зловредные персонажи, за которых переживать не хочется, как и судьбу их устраивать. Нет, то была очень милая, приятная женщина, несчастная и обездоленная, совершенно не заслуживающая подобного к себе отношения. Тем более, что подарить ей счастье не стоило особых затрат - достаточно пары росчерков пера. Малаша пишет: Как интересно оказывается, бывает история появления героини. Да уж. Из какого сора растут стихи (с)... Малаша пишет: Где искать, не подскажете? Где-то в архиве. Однажды в Графстве называется. Только там очень много тредов, боюсь, непросто найти. Впрочем, думаю, это уже неважно. То произведение так и не было написано, а Бов таки обрела свой шанс на счастье. Малаша пишет: В Переполохе его все получили, за что авторам огромная благодарность. Да, потому что мы любили всех своих персонажей - без исключения.

apropos: Но что-то, верно, было, что могло пролить свет на сию историю. Хотя бы тот вечер в библиотеке Лахтиных, когда она задремала, а после князь сделал ей предложение. Бов хотелось бы узнать, о чем тогда шел разговор, но так и не решилась спросить о том графиню. Ей нравилась Элли, и она с удовольствием с нею общалась, но еще не знала, в какой степени могла той доверять. Вместо этого Бов осторожно поинтересовалась: – А первая жена князя? Это княгиня нашла для него невесту? – Можно сказать и так, – ответила Элли. – Она познакомила его с множеством подходящих барышень, ему оставалось только выбрать одну из них. Мужчинам куда проще – им не надобно ждать предложения, они вольны сделать его сами. Или не сделать. Сказала – и рассмеялась. Ей все казалось смешным. – Но он сделал, – заметила Бов. – Да, и женился. Правда, вместе они недолго прожили. Ну, вы, верно знаете… На всякий случай Бов кивнула, надеясь, что болтушка Элли не удержится, чтобы не рассказать сию историю. Графиня оправдала ее надежды. – Ужасно жаль, конечно, Долли была так молода! Но мода и любовь к увеселениям ее погубили. Еще бы: в двадцатиградусный мороз ездить на балы в тонком, полупрозрачном наряде, укрываясь одною лишь шалью, дабы не помять платье! Итог, к сожалению, был предопределен: жесточайшая горячка, и в два дня ее не стало. – Верно, князь сильно горевал, – предположила Бов. «И потому так долго опять не женился» – с ноткой ревности подумала она. – Разумеется, он был потрясен, – согласилась Элли. – Но не думаю, что сильно убивался. У них к тому времени было не все ладно меж собой. Он уехал на очередную войну, и не был рядом, когда жена его умерла. На том их разговор прервался: дворецкий пригласил гостей к столу, и все направились в столовую, предвкушая обильное застолье. Бов нравились обеды у княгини – они всегда проходили шумно и весело. Гости перебрасывались шутками, делились свежими новостями и забавными анекдотами. – Как-то ко мне пришел проситель с весьма необычным рекомендательным письмом, – начал свой рассказ какой-то высокий чин. – В сем послании содержались крайне нелестные его характеристики... – Какие именно? – заинтересовались гости. – Де податель сего редкий простофиля. Учился худо, ни в каких науках не преуспел, тако же непослушен и своемыслен. Посему, дескать, и надобно ему покровительство. «Удиви милость свою, любезный друг, на моем дураке, – писал его дядя, мой старый приятель, – запиши его к себе и при случае не оставь чином или двумя, если захочешь. Мы на то в обиде не будем. Жалованья ему полагать не должно, потому он его не стоит, да и отец его довольно богат. И будет и еще богаче, потому как живет свиньей». История сия была оценена взрывом смеха. – И как же вы поступили? – поинтересовалась княгиня. – На первое время определил сего простофилю к себе в канцелярию, и в течение трех лет он получил три чина, потому как оказался усердным, расторопным и весьма сообразительным малым. – А что ж родственник его так отчихвостил-то? – Я знавал дядю его как большого шутника, – ответил чин. – Исходя из того решил присмотреться к юноше, и не прогадал. – Коли на каждого писались столь откровенные рекомендации – на службу некого б было брать, – вступил в разговор еще один гость. – С другой стороны, почитаешь рекомендацию – всем хорош, а на деле – дурак дураком. – Дураков много, вот что я скажу, – побагровел Барсуков. – Особливо среди судейских и генералов. За Заячьи Кочки двадцать лет тяжба! Они все бумажки перекладывают, а дела решить не могут. Так и с Бонапарте. Вон сколько с ним возятся! Нет, чтоб Париж взять, а француза этого с его свитой в Бастилию заточить! И в раже ударил рукой по столу с такой силой, что аж посуда зазвенела в унисон хохоту присутствующих. – Иван Михайлович, – смеясь, сказал Лахтин, – как же в Бастилию посадить, коли она разрушена? Из-за того сей великолепный план ваш никак воплотить и не могут. – Разрушена? – удивился Барсуков. – Когда успели только? Что вызвало очередную бурю смеха у гостей. Впрочем, к Барсукову здесь относились по-доброму, иногда если и подтрунивая над ним, но без язвительных издевок, воспринимая его скорее как чудака, оригинала, что Иван Михайлович каждый раз весьма своеобразно и подтверждал. Меж тем обедающие доели луковый суп, отведали стерлядь, греческую* индейку и приступили к сливочной телятине. На мужской половине заговорили о скачках, дамы принялись сплетничать. Обсудили недавний бал в Собрании, какого-то сановника, у которого жена сбежала с артиллерийским офицером, нашумевшую премьеру во французском театре. – Вы будете завтра у генерал-губернатора? – спросила у Бов соседка по столу. – Думаю, что будем, – отвечала она. Они действительно имели приглашения на бал, что давал генерал-губернатор, и Бов заранее страшилась своего первого выхода в свет – не в качестве скромной, невидимой компаньонки, которой легко было затеряться в толпе, но женой знатного князя, высокопоставленного генерала. Ей придется быть на виду у всех, к чему она еще не привыкла и, возможно, привыкнет еще нескоро. Даже на домашнем обеде у княгини Бов чувствовала себя неуютно, сидя на почетном месте подле хозяйки и привлекая к себе любопытные взгляды гостей. С ней обращались весьма вежливо и любезно, ни о чем не расспрашивали, но она подозревала, что многие крайне заинтригованы личностью молодой жены князя Лахтина, как и его неожиданной на ней женитьбой. Бов переживала, что в обществе о ней ходят самые разнообразные, возможно нелицеприятные слухи. И если сами Лахтины не рассказывают – в том она была уверена – о ее появлении в их доме в тот поздний час, кто бы поручился, что этой историей не поделились со своими подругами та же Нахрапова или графиня Райкова? Натали, конечно, вряд ли будет рассказывать, как выгнала свою кузину из дома, но о чем-то могли проболтаться девочки или догадаться Кудимова, не говоря о гадком Неверове, который вполне мог представить свою версию происшедшего тем вечером с самыми невероятными подробностями. Конечно, имя и положение мужа защищало ее от открытых над нею насмешек, но и перешептывание за спиной казалось ей крайне неприятным. Потому она с нетерпением ждала переезда в Петербург, но Лахтин пока о том не заводил разговора, а самой ей было неловко его торопить. На бал она приехала в весьма взволнованном состоянии, желая скорее вернуться домой, где только и обретала необходимое ей спокойствие. – Не беспокойтесь насчет танцев, – усмехнулся князь, почувствовав ее волнение, когда они вошли в сияющую огнями бальную залу. – Вы выглядите изумительно, от кавалеров отбоя не будет. На сей счет Бов как раз не беспокоилась. Приятели Лахтина уже ангажировали ее на несколько танцев, наверняка найдутся еще желающие танцевать с нею – не столько из-за нее самой, сколько желая угодить генералу или княгине Лизавете Петровне, пользующейся в свете немалым авторитетом. Польский она танцевала с весьма приятным кавалером – гвардейским офицером, дальним родственником Лахтиных, который развлекал ее анекдотами из театральной жизни. Закончив танец, она не успела подойти к мужу, как была приглашена на тур вальса. – Вы позволите? – с поклоном сказал Торкунов, предлагая ей свою руку. Бов похолодела, но отказаться не смогла – вокруг толпилось слишком много народу. Когда они прошли на середину залы и начали танцевать, он тихо и зло спросил: – Как ты могла?! Как ты могла выйти за него замуж?! --------------------------------------- * Индейка, откормленная грецкими орехами.

Klo: apropos apropos пишет: – Как ты могла?! Как ты могла выйти за него замуж?! Ага! Давай продолжение!

ДюймОлечка: apropos пишет: Как ты могла?! Как ты могла выйти за него замуж?! Ой, что это, ой, интересно как И что-то начинается вырисовываться по первому браку князя, хотя родственница может и по -другому толковать события, все же более правдивая версия только у князя может быть.

bobby: apropos Как интересно! Что-то у Бов с князем все слишком хорошо... А это подозрительно. Как затишье перед бурей apropos пишет: он тихо и зло спросил: – Как ты могла?! Как ты могла выйти за него замуж?! Первый звоночек... Ишь, какой! Нет, она должна была снова к нему (Торкунову) в объятия упасть. Не ожидала, что князь уже был женат. Странно все, и Бов он об этом не говорил. apropos пишет: Однажды в Графстве называется. Только там очень много тредов, боюсь, непросто найти. Впрочем, думаю, это уже неважно. То произведение так и не было написано, а Бов таки обрела свой шанс на счастье. Да, весело было... Только что-то не помню, о какой компаньонке речь. Агнес Брайт? Других вроде не было.

apropos: Дамы! Klo пишет: Ага! Вот именно. ДюймОлечка пишет: И что-то начинается вырисовываться по первому браку князя, хотя родственница может и по -другому толковать события, Это да, родственница вряд ли знает все нюансы его семейной жизни. bobby пишет: Нет, она должна была снова к нему (Торкунову) в объятия упасть. Это разумелось, потому так и разозлился, видимо. bobby пишет: Не ожидала, что князь уже был женат. Странно все, и Бов он об этом не говорил. Он не говорил, да. Но Бов же знает - та сплетница, знакомая Барсуковых рассказывала когда-то. По крайней мере - в моем файле. Процитирую. – Тридцать шесть, вдовец, – доложила Кудимова. – Лет с десять назад женился, жена его умерла от какой-то болезни, и года не прожили, детей завести не успели. С тех пор так холостяком и живет. А так они еще не говорили о своей прошлой жизни. Ланс молчит, а Бов не спрашивает. Дело давнее, в общем. bobby пишет: о какой компаньонке речь. Агнес Брайт? Других вроде не было. Она самая.

Evelina: Спасибо огромное, как всегда великолепное продолжение, но на самом интересном месте... Лёгкого пера и скорейшего продолжения!!!!

Хелга: apropos Спасибо за продолжение! apropos пишет: Еще бы: в двадцатиградусный мороз ездить на балы в тонком, полупрозрачном наряде, укрываясь одною лишь шалью, дабы не помять платье! Нет ли здесь связи? apropos пишет: Когда они прошли на середину залы и начали танцевать, он тихо и зло спросил: – Как ты могла?! Как ты могла выйти за него замуж?! Вот негодяй!

apropos: Evelina Evelina пишет: но на самом интересном месте... Ну, по традиции. Чтобы было интересно читать. Хелга Хелга пишет: Нет ли здесь связи? В смысле? Что князь ассоциировал замерзшую Бов с погибшей женой? Хелга пишет: Вот негодяй! Ревнует, по-видимому. Его можно понять, в общем.

bobby: apropos пишет: Он не говорил, да. Но Бов же знает - та сплетница, знакомая Барсуковых рассказывала когда-то. Это я упустила, видимо. apropos пишет: Ревнует, по-видимому. Его можно понять, в общем. У Торкунова дело к разводу, кажется, идет. Может, он хотел на Бов потом жениться? Тогда его разочарование вдвойне понятно.

Хелга: apropos пишет: Ревнует, по-видимому. Его можно понять, в общем. bobby пишет: У Торкунова дело к разводу, кажется, идет. Может, он хотел на Бов потом жениться? Тогда его разочарование вдвойне понятно. А Бов должна сидеть и ждать, когда ему что вздумается. Негодяй! Перечитала с самого начала «Шанс», растрогалась совсем... Автор!

apropos: bobby пишет: Может, он хотел на Бов потом жениться? Ну... Где ты раньше был? (с) Хелга пишет: Перечитала с самого начала «Шанс», растрогалась совсем... Угу, такая слезливая мелодрама получается. Жуть просто.

Хелга: apropos пишет: В смысле? Что князь ассоциировал замерзшую Бов с погибшей женой? Ну да, параллель возникает. apropos пишет: Угу, такая слезливая мелодрама получается. Жуть просто. От Монтгомери тоже растрогалась, тоже слезливая драма? Расстроганность читателя вовсе не означает, что книга - слезлива. Более того, ничего слезливого не вижу, нормальная история, которая затрагивает струны душевные.



полная версия страницы