Форум » Виленские игры. Временный раздел » Виленские игры - 2 » Ответить

Виленские игры - 2

Хелга: Виленские игры Авторы: Apropos, Хелга Жанр: авантюрный исторический шпионский роман Время действия: весна 1812 года Место действия: Вильна

Ответов - 300, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 All

apropos: Продолжаем-с. От тайной квартиры он отправился в оружейную лавку, где поимел весьма доверительный разговор с владельцем, затем нанес визит секунданту де Визе. – Ждал известий от Щербинина, – сказал Стоврич, приглашая барона пройти в комнаты. – Глупая история… Гостиная оказалась маленькой, темной и захламленной. – Глупая, – согласился Вестхоф, собрал с предложенного ему стула кипу исписанных бумаг, переложил на стол и сел. Для себя Стоврич разгреб место на продавленном диване, заваленном книгами и офицерской амуницией. – Возможно ли устроить их примирение? – сразу спросил Вестхоф, едва Стоврич уселся напротив. – Боюсь, не получится, – тот покачал головой. – Я был свидетелем ссоры, и, должен сказать, кругом виноват Щербинин. Он накинулся почем зря на де Визе, наговорил ему оскорбительных вещей и вызвал на дуэль. Де Визе не за что извиняться, а прапорщик… Он вопросительно взглянул на барона. Тот, в свою очередь, также покачал головой. – Щербинин примет извинения де Визе, но и только. – Так и думал, – пробормотал Стоврич. – Что же делать? Мне ужасно не нравится вся эта история. Я вовсе не хотел быть в ней замешан, но у меня не оказалось выбора, невозможно было отказаться… Он нервно сглотнул и замолчал, потом сказал: – Они оба мои приятели, и я никому из них не желаю смерти… Или неприятностей… – Понимаю, – задумчиво сказал Вестхоф, из-под прикрытых век изучая своего собеседника, и медленно, с намеком добавил: – Коли никто не будет убит или ранен, дело не получит огласки. – Но как этого избежать? Де Визе отлично стреляет, да и Щербинин довольно тренировался на пистолетах. – Знаете, как бывает… Незнакомые пистолеты, ветер… Легко промахнуться, – как бы между прочим заметил барон. – Тогда никто не пострадает, формальности же будут соблюдены с честью для обоих. – Промахнутся?.. Да, да, понимаю! Это было бы славно,– оживился Стоврич. – Я готов переговорить с де Визе. Он рассудительный человек и, думаю, не откажется, ежели будет уверен, что Щербинин… – Беру это на себя. Барон не сомневался, что прапорщик из ложной гордости не пойдет на подобный сговор, но сие было уже неважно. Он намеревался всюду подстелить изрядный слой соломы, дабы избежать даже синяков. Ему играло на руку то, что секундант де Визе жаждал скорее развязаться как с дуэлью, как и со своим невольным в ней участием. Незаинтересованный человек не станет совать нос во все щели. – Поутру извещу вас о результате, – сказал он. – Что по поводу секундантов? Я предложил Щербинину обойтись по одному с каждой стороны, дабы избежать лишних свидетелей и разговоров. – Мы с де Визе такого же мнения. – Договорились, – барон был краток. – Условия? – Пистолеты, по одному выстрелу на движении, без решительного результата*. Все остальное на наше усмотрение. – Отлично. Они обговорили условия поединка, и Стоврич согласился со всеми предложениями противной стороны, признав их разумными. – Оружие предлагаю взять у оружейника, дабы более никого не посвящать в сей инцидент, – сказал барон. – Согласен! – Отлично, – Вестхоф стал подниматься. – Сей же час отправлюсь к лекарю, мне его указали, как надежного. Встретимся в лавке оружейника через час. Сверим время? Стоврич вскочил, вытащил из-за пояса часы – они уходили вперед всего на полминуты, взял адрес лавки и пообещался там быть. Вестхоф не случайно стал сверять часы, заодно приметив цепочку и ключ часов Стоврича. Он помнил, как в клубе полковник Борзин не нашел своих часов, не пропустил и восклицание Щербинина на пикнике о якобы новом брегете у де Визе. Хотя гибель часовщика указывала, что убийца восполнил утерянную деталь своих часов, барон при случае был не против в том лично удостовериться, а также убедиться, что корпус часов не отличается цветом от своего ключа. К сожалению, у него не было возможности посмотреть на часы всех офицеров Главного штаба. Выйдя от Стоврича, он заехал к лекарю, а затем отправился к оружейнику. Барон приехал туда чуть раньше условленного времени, Стоврич немного запоздал, поэтому, когда капитан появился в лавке, оружейник уже засыпал взвешенный порох в пистолеты. – Можете проверить, – барон провел Стоврича в подсобное помещение и указал на пистолеты. – Но мастер знает свое дело. – Вполне вам доверяю, – отозвался капитан, кинул беглый взгляд на оружие и повернулся к стойке с английскими охотничьими ружьями. – Хороши! Вестхоф с ним полностью согласился и даже припомнил несколько особенно удачных изделий Джозефа Ментона. Наконец оружейник уложил оружие в ящик и запечатал его. Договорившись со Стовричем, что поутру тот возьмет с собой лекаря, а сам он привезет пистолеты к месту дуэли, барон навестил юного Щербинина. Прапорщик пребывал все в том же взвинченном состоянии, что и утром. – Вы согласны стрелять мимо? – с порога поинтересовался барон. – Ни за что! – побагровел Шураша, чуть не с возмущением глядя на своего секунданта. – Де Визе посмел… Я его убью! – Не будьте идиотом, Щербинин! – резко бросил Вестхоф, но не стал вступать в длительные и на сей момент очевидно бесполезные увещевания, повернулся и ушел. -------- * условия боя «до решительного результата», то есть до смерти одного из противников или до момента, когда один из них не потеряет сознание. Если оба соперника выстрелили и никто не был убит или ранен, оружие перезаряжалось и дуэль продолжалась.

Малаша: Спасибо, очень интересно развивается ситуация. Волнуюсь из-за дуэли. Барон, похоже, подставляет де Визе, чтобы спасти Шурашу. Если он пристрелит противника, замять скандал будет трудно. За охоту не выдать. А что будет с Шурашей в таком случае? Разжалуют в солдаты? Куда ни кинь, всюду клин.

Хелга: apropos Вполне логично действует барон, а что ему остается? Малаша пишет: А что будет с Шурашей в таком случае? Разжалуют в солдаты? Куда ни кинь, всюду клин. Да, ситуация для Шураши патовая.


apropos: Дамы, спасибо! Малаша пишет: Разжалуют в солдаты? Это если повезет. Могут и на каторгу, а то и казнить (в случае смертельного исхода для одного из участников). Словом, Шураша рискует, как и прочие участники. Хелга пишет: Вполне логично действует барон, а что ему остается? Ну да, ему надо спасти Шурашу и избежать скандала каким-то образом.

Малаша: С Новым годом, дорогие авторы! Желаю вам вдохновения в творчестве, счастья, здоровья, успехов! apropos пишет: Могут и на каторгу, а то и казнить Очень надеюсь, что авторы спасут Шурашу, да и остальных. Вот же каша заварилась.

Хелга: Малаша Спасибо! С Новым годом!

apropos: Спасибо! С Новым годом! Малаша пишет: Очень надеюсь, что авторы спасут Шурашу, да и остальных. Постараемся, конечно, но уж как получится.

ДюймОлечка: apropos Страшные все же приготовления к тому, чтоб стрелять в кого-то, надеюсь все будет хорошо и кто-то остудит Шурашу.

Хелга: ДюймОлечка пишет: Страшные все же приготовления к тому, чтоб стрелять в кого-то, надеюсь все будет хорошо и кто-то остудит Шурашу. Да, ситуация драматична.

Юлия: Авторы! Подайте хлебушка - хоть крошку - голодному читателю...

apropos: ДюймОлечка, Юлия, спасибо! Юлия пишет: голодному читателю О, надеюсь, скоро насытим - ну чуть притупим чувство голода. Чет приболела, но уже на пути к поправке, скоро вернусь в строй, надеюсь.

Юлия: Здоровья дорогому автору! Вдохновения, времени и сил - обеим! Будьте здоровы, благополучны и плодотворны, дорогие наши.

Хелга: Здоровья соавтору! Да и вообще всем здоровья!

apropos: Дамы, спасибо! И продолжение принесла. Пока барон встречался с паном Казимиром и улаживал дуэльные дела, Родионов сидел в канцелярии и изучал сведения по передвижению офицеров Главного штаба в окрестностях Вильны на прошедшей неделе. Накануне, просматривая полицейские отчеты по Виленской губернии, промеж сообщений о мелких кражах и пьяных потасовках он обнаружил рапорт о недавней гибели некоего часовщика в городке Новые Троки, расположенном неподалеку от Вильны. Причиной смерти послужило падение с лестницы, в заключении расследования указывалось: «несчастный случай». Тем не менее, дело сие весьма полковника заинтересовало, и он с утра отправил в Троки квартального Летюхина, коего прислали из полиции ему в помощники. Смерть виленского часовщика у Родионова уже не вызывала сомнений – по утверждению лекаря, присутствовавшего при кончине Абрамовича, тот стал жертвой сердечного приступа, и он решил уточнить некоторые детали происшествия в Новых Троках. Ведь убийца Митяева наверняка заметил утерю ключа от часов, но вряд ли мог знать, что ключ был найден не полицией, а служанкой госпожи Щербининой, и был приобщен к делу лишь неделю спустя. Опасаясь, что за часовыми лавками Вильны установлено наблюдение, преступник мог заказать новый ключ в другом городе, а затем подстроить «несчастный случай» очередному свидетелю. Родионов который раз за вечер посмотрел на часы – они показывали десятый час – уткнулся было в бумаги, но тут дверь отворилась, и на пороге появился Летюхин. – Ваше благородие… – Проходите, Летюхин, уж думал, не дождусь. Садитесь. Тот покосился на свои запыленные сапоги, но прошел в комнату и сел у стола. – Как съездили? Есть результаты? Верно, вы голодны? – Благодарствую, ваше благородие, червячка по дороге заморил. А результат есть, и весьма примечательный. Кто смел, два съел, а кто проворен, тот доволен. – Ну, рассказывайте! – Часовщика в Троках обнаружили, как вам известно, в собственной лавке… – Да, да, у подножия лестницы, ведущей на второй этаж. И посчитали сие несчастным случаем. – Именно. Но я нашел местного лекаря, потолковал с ним и выяснил любопытные детали. У часовщика на виске рана странная, полукруглая такая вмятина, от нее смерть и приключилась. Лекарь удивлен, де, шея не сломана, ушибы обычные, от них не помереть, а виском на лестнице при падении так не пораниться. Разве что рядом обо что ударился. Потом поехал в лавку часовщика, осмотрелся. Глядь, на столе увесистая такая песочница* стоит, затейливой формы, овальной. Привел лекаря – тот посмотрел, говорит, след совпадает. И еще сказывает: то-то, мол, я все думал, чего в волосах и бороде покойника песок взялся. А теперь понятно, откудова. Знамо, чего не поищешь, того не сыщешь, а тут все по норам, что мыши по щелям. – Убили, значит, – сказал Родионов. – Что свидетели? Есть, видели кого? – Приходящая служанка видела убитого утром в пятницу, а в субботу вечером она же на его тело наткнулась. Деньги и ценности какие – все на месте, а там одних часов на сотни рублей. Других свидетелей нету. Врагов часовщик не имел, соседи отзываются о нем, как о тихом, скромном человеке. В городке пользовался уважением. Наследник, племянник, имеет свое дело в Вильне, преуспевает. Полиция его проверила и подозрений к нему не имеет. – А что в книге записей клиентов? – Мы там все перерыли, книги не обнаружили. – Еще одно доказательство убийства, – заметил Родионов. – Убивец с собой забрал, как пить дать, – согласился Летюхин. – Хотя мог назваться выдуманным именем. – Вероятно, не хотел, чтобы увидели запись с заказом нового ключа для часов, – предположил полковник. – Кстати, в ожидании вас я просмотрел данные о передвижении офицеров за пределами Вильны, весьма любопытная картина получается… Он протянул Летюхину лист с записями. – У Новых Трок стоит 3-й пехотный корпус генерал-лейтенанта Тучкова, и к нему то и дело с разными поручениями, депешами и комиссиями командируются штабные из Главной квартиры. – И квартирмейстерские делали съемку местности вблизи Трок как раз на той неделе, – кивнул Летюхин, внимательно изучая записи. – Да, и довольно много совпадений имен офицеров, бывших в клубе перед убийством Митяева и побывавших в окрестностях Новых Трок во время предполагаемого убийства там часовщика – с утра пятницы, когда его последний раз видели живым, – по следующий день. – К вечеру субботы он был мертв уже какое-то время, – уточнил квартальный. – И не присутствовал на субботней вечерней молитве – я проверил. – Вы молодец, Летюхин, – с одобрением сказал Родионов, весьма довольный толковыми действиями своего помощника. – Я займусь уточнением местонахождения офицеров из списка – кто и когда именно находился в Новых Троках, а вас попрошу… Вот… Из груды бумаг на столе он извлек еще один лист и передал его Летюхину. – Это описание некоего поляка, который обходил часовщиков Вильны и интересовался заказами. – Высокий, жилистый, серые глаза, длинный острый нос, темноволосый с усами… Нежданный карась в вершу попал… Поищем, ваше благородие… Распахнулась дверь, и в комнату влетел возбужденный чем-то де Санглен. – Полковник, хорошо, вы здесь, а то я уж за вами на квартиру собрался посылать! Важное дело! Весьма важное! И секретное! – выкрикнул он и по обыкновению забегал кругами перед поднявшимися при его появлении Родионовым и Летюхиным. – Разрешите идти? – квартальный покосился на полковника, но де Санглен его остановил. – Нет, вы тоже понадобитесь! Вся полиция, все-все тоже будет задействованы! – сообщил он, подбежал к Родионову и торжественным шепотом сообщил: – Получена срочная депеша – сюда направляется посланец Бонапарте граф де Нарбонн! Завтра с утра он со свитою пересечет нашу границу через Посвентскую рогатку у Ковно**! Я уже отправил агентов с поручениями – они будут следить за его продвижением по Виленскому тракту, ну и далее надобно будет вести за ним тайный надзор – куда ходит, с кем встречается, что делает… Вам надобно будет заступать на дежурства по мере необходимости. – Ваше высокоблагородие, нами получены новые сведения об убийстве и… – попытался сказать Родионов, но де Санглен взмахом руки отмел все возражения. - Нынче самое важное – приезд посланца. Все остальное терпит! Отправляйтесь теперь же домой, отоспитесь, а завтра с утра вам обоим быть здесь в ожидании моих распоряжений, а они последуют… Де Санглен хихикнул, помахал руками и выбежал из комнаты. – Не светило, не горело, да вдруг припекло, – буркнул себе под нос Летюхин и посмотрел на Родионова. Тот пожал плечами. – Надеюсь, этот посланец пробудет здесь недолго. Он собрал бумаги в папку и сунул ее себе подмышку, рассчитывая перед сном еще раз просмотреть свои записи. --------- * Вместо промокательной бумаги использовался мелкозернистый кварцевый песок, который хранился в специальной «канцелярской» песочнице. Песком посыпали свеженаписанный текст, чтобы он скорее просох и не размазался ** Каунас

Klo: apropos Как здоровье? Надеюсь, все в порядке? Отличное продолжение! Но хочется еще ))

Хелга: apropos Аха, Родионов все глубже погружается в дело. Klo пишет: Но хочется еще )) Будет-будет.

Юлия: apropos Славный какой квартальный Летюхин - поговорками сыпет и толковый Хелга пишет: Родионов все глубже погружается в дело Да еще с таким помощником... Бедные наши шпионушки... Одна надежда на Санглена - этот вполне способен если не запороть расследование, то повтыкать палки в колеса... Klo пишет: Но хочется еще Ох, как хочется... Хелга пишет: Будет-будет Ждем-ждем

Хелга: Юлия пишет: Одна надежда на Санглена - этот вполне способен если не запороть расследование, то повтыкать палки в колеса... Причем, такое впечатление создается от его личности, судя по его же запискам.

apropos: Дамы, спасибо! Klo пишет: Отличное продолжение! Но хочется еще )) Уже есть. Сейчас положу. Хелга пишет: Родионов все глубже погружается в дело. Нарбонн своим приездом только мешает. Юлия пишет: Славный какой квартальный Летюхин Спасибо, как-то так сам нарисовался - и действительно, симпатичный дядька получается. И далее: Когда на другой день поутру барон выезжал из дома, было еще сумеречно. Садясь в экипаж, он скользнул глазами по верхнему этажу, в одном из окон заметил едва различимый женский силуэт, сжал губы и приказал Леопольду трогать. Без четверти пять он был на месте дуэли и впервые за последние годы получил возможность понаблюдать за восходом солнца. Чистое небо и алеющий восток обещали хороший теплый день. Вскоре прибыл Стоврич с лекарем – низеньким, кругленьким, розовощеким немцем без признаков какой-либо растительности на голове, в противоположность своей фамилии. (Краузе – кудрявый). Следом появился де Визе и еще через несколько минут виновник сего собрания. Де Визе выглядел спокойным и собранным, Щербинин представлял собой полную ему противоположность. Барон отвел Стоврича в сторону. – Прапорщик, похоже, переволновался, вряд ли сможет толком прицелиться, – понизив голос, многозначительно сказал он. – К тому же утренний туман… И, кажется, ветер поднимается, – с облегчением выдохнул капитан, осмотрел прозрачный горизонт и неподвижную сень деревьев и поспешно направился к французу. Слушая Стоврича, тот тоже посмотрел на небо, кивнул и стал расстегивать мундир. Барон, держа под мышкой дуэльный ящик, выступил вперед. – Не желаете ли, господа, мирно разрешить сей конфликт? – задал он необходимый вопрос и посмотрел сначала на де Визе. – Готов принять извинения Щербинина, – сказал капитан. Стоврич держался в стороне и, казалось, полностью положился на Вестхофа. Барон оборотился к бледному прапорщику. – Ежели только господин виконт соблаговолит признать свою вину! – запальчиво воскликнул он. Его вишневые, как у матери, глаза уже не горели так ярко от праведного негодования, как накануне, а синева под ними указывала на беспокойную и, весьма вероятно, бессонную ночь. Де Визе пожал плечами. – Если только вы объясните, в чем моя вина. – Вы прекрасно о том знаете! – вспыхнул прапорщик. – Моя вина существует только в вашем воспаленном воображении, – в ответе француза проскользнуло раздражение, – вашим же оскорблениям есть свидетель. – Господа, господа! – вмешался барон. Он решил прекратить перепалку, пока она не переросла в очередную перебранку и не разгорячила соперников, смерил тяжелым взглядом взъерошенного Щербинина, веско, многозначительным тоном сообщил, что все договоренности остаются в силе, и перечислил условия поединка: стрелять по жребию, барьеры на двадцати шагах, сходиться с тридцати. Стоврич пошел отсчитывать и отмечать барьеры, соперники тем временем разобрали пистолеты из открытого при них ящика и направились к своим местам. Де Визе выглядел покойно, прапорщик заметно волновался и, когда последовал сигнал «К барьеру», было видно, как прыгает пистолет в его руке. – Боже, – прошептал Стоврич, – только бы они не передумали… – Один точно не передумал, – сказал барон, потому как именно в этот момент выстрелил де Визе, не дойдя нескольких шагов до барьера. – Мимо! – Стоврич шумно выдохнул. Щербинин вздрогнул, растерянно было остановился, но опять шагнул и наставил пистолет на соперника. На поляне на какой-то миг воцарилась мертвенная тишина, только птицы, встревоженные первым выстрелом, кричали в небе. Раздался выстрел. Прапорщик, белый, как мел, пошатнулся и выронил пистолет на траву. – На воздух! – Стоврич вытащил платок и промокнул лоб. – И славно, – отозвался барон и призвал дуэлянтов обменяться рукопожатием. Первым уехал лекарь, за ним – Стоврич с де Визе. Щербинин подошел к Вестхофу. – Знаете, мне кажется, де Визе специально выстрелил мимо, он даже не прицеливался. Тем он оскорбил меня, вы не думаете? – Нет, он просто оказался мудрее. – Я должен был его убить, но не смог, – забормотал прапорщик, запинаясь и отводя вдруг заблестевшие глаза. Выглядел он совсем мальчишкой. – Не смог стрелять в него… – Убить человека не так просто, – философски заметил барон и щелкнул крышкой часов. – Мне надобно возвращаться, да и вам отоспаться не помешает. – На службу скоро… Николай Иванович, я должен поблагодарить вас, вы настоящий друг! И вы были правы – я ужасный глупец! – Боюсь, вас просто мало пороли, – усмехнулся барон, глядя на измученное треволнениями лицо Шураши. – И учитесь сдерживать свои порывы. Щербинин кивнул и, от души пожав руку нового друга, побрел к своей лошади. Барон же заехал к оружейнику, вернул пистолеты и поехал домой. Едва коляска остановилась, из дома выскочила растрепанная Щербинина. – Ну, что?! – кинулась она к нему, споткнулась, но вовремя была подхвачена рукой Вестхофа. – Жив и здоров ваш Шураша. – Ох… Она обмякла, всей тяжестью навалившись на барона, всхлипнула и сквозь слезы спросила: – … а… другой?.. – Тоже жив и здоров. Не дожидаясь, пока мадам справится со своими чувствами, он подхватил ее за талию и поволок к дому. – Так благодарна вам, Николай Иванович! Так благодарна, что были с моим мальчиком… – соседка покорно дала усадить себя на диван в холле и уткнулась в платочек. Барон, сытый по горло семейством Щербининых, поспешил ретироваться. – Всего доброго, мадам, – сказал он и скрылся в квартире. Следом вошел Леопольд, прихватив от двери корзину с только приготовленным завтраком: булочками, свиным рулетом, блинами и кастрюлькой с воздушным омлетом.

Хелга: apropos Уфф, разрешилось. На мой взгляд, очень живая картина! И булочки с рулетом славно сыграли. apropos пишет: – соседка покорно дала усадить себя на диван в холле Холл хочется заменить прихожей или чем-то.



полная версия страницы