Форум » Виленские игры. Временный раздел » Виленские игры - 3 » Ответить

Виленские игры - 3

Хелга: Виленские игры Авторы: Apropos, Хелга Жанр: авантюрный исторический шпионский роман Время действия: весна 1812 года Место действия: Вильна

Ответов - 300, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 All

bobby: Хелга С Плаксой не соскучишься! А Бася пока не подозревает, что над ней тоже тучи сгущаются.

Хелга: Юлия пишет: А что еще было на розовой бумаге?.. ‎ Klo пишет: Про розовую бумагу я не вспомнила Издержки слишком долгого процесса написания и чтения. Там, позади, есть розовая бумага. Klo пишет: Я думаю, речь вот об этом сне: Да-да, об этом! bobby пишет: С Плаксой не соскучишься! А Бася пока не подозревает, что над ней тоже тучи сгущаются. Женщины, вечная проблема. Спасибо всем за чтение и отзывы!

Хелга: Она не договорила, почувствовав легкий толчок в плечо. В следующее мгновение граф Ардаевский, виновник столкновения, произнес: – Мадам, умоляю простить мою неуклюжесть, но я задумался, спешил. Генерал был необычно для себя серьезен и чем-то озабочен. – Все ли хорошо, граф? Ничего не случилось? – отчего-то обеспокоившись, спросила Плакса. – Вы еще не слышали последнюю несчастливую новость? – спросил, чуть помолчав, Ардаевский. – Какую же? – Полковник Борзин погиб нынче ночью, несчастный случай... – Полковник Борзин?! Федор Гаврилович? Погиб? Как? Почему? – охваченная ужасом, Плакса прижала ладонь к губам. – Не знаю подробностей. Говорят, чистил оружие… – Это невозможно, невозможно… – всхлипывала Щербинина. – Позвольте проводить вас в ложу, – предложил Ардаевский. – Что? Проводить? Нет, нет, благодарю вас. Пожалуй, я поеду домой. Плакса тотчас же подумала о бароне, который наверняка знает, что и как случилось, а если не знает, все равно поможет. – Прикажете подать экипаж? – заботливо спросил граф. – Я распоряжусь... – Не надо экипажа, я пройдусь пешком, мне нужно подышать. Плакса на самом деле почувствовала, что задыхается. Какое горе, какое несчастье! – А вы уверены, что он… не жив? – спросила она. – Может быть, он ранен? Тяжело, но ранен? – Определенно говорят, что нет, хотя, бывают и ошибки… Как же вы одна, пешком? – Отчего же одна, со мной – слуга, да и дом недалеко. Проводив Бетси в ложу к матери, Плакса распрощалась с Веселовской, вышла из ратуши и остановилась у колонны портика, украшающего фасад здания. Промокнула слезы, что упорно орошали щеки. «Неужели это правда? Этого не может быть! Возможно, Ардаевский что-то перепутал или слухи преувеличены?» Знакомый женский голос, отвлек ее от панических размышлений. Пани Кульвец остановилась в паре шагов от Щербининой, но не заметила ее, скрытую тенью колонны. Огляделась, высматривая кого-то и еще раз высказала теплому майскому вечеру свое явное недовольство. Плакса могла поклясться, что не обошлось без бранного слова. Она уже было хотела обнаружить свое присутствие – неловко прятаться за колонной, но в этот миг откуда-то, словно фокусник щелкнул пальцами, рядом с пани Кульвец появился какой-то человек. Он бесцеремонно подхватил пани под руку и, что-то быстро сказав, потащил за собой. Пани явно не желала идти с ним, бранилась, пытаясь высвободить руку, но хватка, по всей видимости, была стальной. Он подвел пани Кульвец к закрытому экипажу, затолкал ее туда и запрыгнул следом, махнув кучеру рукой. Подковы и колеса загремели по булыжной мостовой. – Корней, Корней! – закричала Плакса, вызывая слугу. – Что-то раненько вы, барыня, – раздался голос Корнея совсем рядом. – Кажись, представленье еще не закончилось? Али не приглянулось? Никак, обидел кто? – Ах, Корней, не спрашивай, идем домой. Такое горе, такое горе... Говорят, Федор Гаврилович погиб… Несчастный случай, говорят. – Вот ведь беда какая. И что за напасть в этих местах? То ли у нас, дома, в Древково. Тишь да гладь, божья благодать. – Да, благодать... Не нужно, Корней, – остановила она слугу, ринувшегося было вызвать кучера, – пойдем пешком. До Рудницкой недалеко, да и вечер теплый. – Как скажите, барыня. Как бы ножки в грязи не испачкали, мостовая-то скоро закончится. – Ничего, сегодня сухо. Завернувшись в шаль, подцепив на локоть ридикюль, Плакса зашагала вперед. – Ноша-то у вас тяжелая, позвольте поднести, – предложил Корней. – Не тяжелая, – отвечала Плакса. – И что-то ты, Корней, не в меру заботлив нынче. Может, все не так плохо, и Федор Гаврилович просто ранен... или его с кем-то перепутали. Завтра непременно нужно его навестить. Ах, как бы славно было, будь все живы и здоровы. В небесах явились первые звезды, впереди желтел огонь фонаря. Где-то в доме запела скрипка, но мелодия оборвалась на полуслове. Одинокий прохожий прошел и скрылся за углом. Залаяла заливисто собака. Плакса со слугой поравнялись с узким проулком, ведущим на соседнюю улицу. – Что за пре... – начала Плакса, но не успела закончить фразу. Из проулка раздался отчаянный возглас: – Помогите! Помогите! – Корней, что там? – воскликнула Евпраксия Львовна. – Идемте, барыня, от греха. – На помощь... – голос из проулка затихал, словно у зовущего не оставалось сил. – А если кого убили... ранили, как того офицера, а он истекает кровью? Корней, надо помочь, посмотреть! – Стойте здесь, барыня, никуда не двигайтесь! Слуга осторожно вошел в темный проулок и через несколько мгновений исчез, словно растворился во мраке. Плакса, прижав к груди ридикюль, вглядывалась в темноту. – Корней? – спросила она. – Где ты? Что там...


apropos: Хелга Плакса вечно ищет приключений на свою голову.

Малаша: Неужели Плакса сейчас очередной труп обнаружит? Непонятно, кто увез Басю. То ли пан Казимир подсуетился, то ли полиция. Все вдруг повисло на волоске, и не знаешь, за кого больше переживать.

Юлия: ‎Хелга ‎ Бедная Плакса... Эко огорошил ее Ардаевский... А теперь еще похищение, нападение… Везет Плаксе на ‎события…‎ Малаша пишет: ‎ ‎Неужели Плакса сейчас очередной труп обнаружит Как говаривал один русский златоуст, ‎никогда не было - и вот опять ‎

Хелга: Малаша пишет: Неужели Плакса сейчас очередной труп обнаружит? Юлия пишет: Как говаривал один русский златоуст, ‎никогда не было - и вот опять ‎ Все возможно...

Юлия: Хелга пишет: Все возможно Вопрос - когда?.. Сжалились бы авторы над читателями...

ДюймОлечка: Дорогие авторы, давно тут не была (еще с марта) и тут такая феерия красок, такое чудо Прочитала запоем, герои так ожили, так раскрылись чудесно и так скоро развиваются события, настоящий шпионский роман.

Хелга: Юлия пишет: Вопрос - когда?.. Сжалились бы авторы над читателями... Реал, негодяй, время съедает. ДюймОлечка пишет: Прочитала запоем, герои так ожили, так раскрылись чудесно и так скоро развиваются события, настоящий шпионский роман. Очень рады, что нравится, спасибо! Мы стараемся, и сами получаем удовольствие от процесса.

Хелга: Продолжаем... Плакса, прижав к груди ридикюль, вглядывалась в темноту. – Корней? – спросила она. – Где ты? Что там... Договорить она не успела, потому что из проулка к ней метнулся кто-то черный, словно огромная птица, ворон. Она закричала, не слыша своего крика, потому что он зажал ей рот своим жестким крылом. Перед глазами у нее мелькнул клюв, блеснувший сталью. Барон Вестхоф после встречи с паном Казимиром заехал к Миллеру посидеть за ломберным столом, послушать, какие ходят разговоры о последних событиях. Возвращался домой пешком, поздно. Он прошел половину Обжорного переулка и, как обычно, чтобы скоротать путь к дому, свернул в известный ему проулок. Едва он ступил в черноту прохода между домами, как до него донесся приглушенный звук то ли удара, то ли падения. Впереди, на фоне тускло освещенной улицы, явился женский силуэт. Женщина что-то воскликнула, словно позвала кого-то. Внезапно из темноты кто-то черной тенью метнулся к ней. Вестхоф, который никогда не считал себя рыцарем без страха и упрека, не раздумывая, ринулся на помощь, ухватил нападающего за плечо и резко отбросил в сторону. Тот отлетел, ударился об стену, упал, вскочил и мгновенно скрылся в темноте проулка. Барон подхватил падающую женщину. Она еще дышала, что-то невнятно бормоча, прижимая к груди сумку, из которой торчала рукоять ножа. – Молчите, не разговаривайте! – барон поднял ее на руки. – Николай Иванович, это вы?! Неужели это вы? Вы спасли меня! – раздался до боли знакомый голос. – Мадам Щербинина?! Барон качнулся, но устоял и ускорил шаг, спеша к дому. Он почти взлетел по ступеням крыльца и ногой громыхнул по двери, призывая Леопольда. – За доктором, быстро! Бегом! Ножевая рана! – бросил Вестхоф слуге, пока тот распахивал перед ним двери гостиной. – Погодите… Корней… Там Корней в проулке остался! – простонала Плакса, когда барон укладывал ее на кушетку. – Ложитесь, не двигайтесь! Вы ранены! – рявкнул барон. – Надобно дождаться доктора! – Но я… мне совсем не больно, – пробормотала Плакса, попыталась встать, увидела нож и, ахнув, уронила ридикюль на пол. Барон уставился на соседку — ни капли крови, платье цело. Он перевел взгляд на валяющийся на ковре мешок, выдаваемый соседкой за ридикюль – из него все еще грозно торчала рукоять ножа. Вестхоф поднял сумку, раскрыл её и понял, что случилось. – Леопольд! – позвал он слугу, который только выходил из квартиры и услышал зов хозяина. – Иди к проулку, что идет к Обжорному, там – слуга мадам. Найди его и окажи помощь. Ежели понадобится, вызывай доктора. Леопольд отправился выполнять новое поручение, а барон, под всхлипывания Евпраксии Львовны, принялся изучать содержимое ридикюля. В его недрах обнаружилось множество вещей: вязанье, баночки с какими-то мазями, мешочек с ветошью, несколько пар чулок и подвязок, ленты, перчатки, книга, груда носовых платков и серебряная фляга. Лезвие кинжала не смогло преодолеть все эти преграды. Оно прорезало расшитый плотным бисером бок ридикюля, прошло сквозь вязанье, прорвало чулок и мешок с ветошью, прорезало книгу и уткнулось во флягу, оставив на ней след весьма сильного удара. И если раньше барона изрядно раздражала дурная привычка мадам Щербининой таскать с собой эту нелепую, словно булыжниками набитую сумку, то теперь он мог только возблагодарить бога за то, что она это делала. – Ваша запасливость, мадам, спасла вам жизнь, – сказал он, показывая соседке порезанное вязание и помятую флягу. – Какой ужасный острый нож… Ридикюль, мой ридикюль, зачем вы в нем все осмотрели? Как неловко! – зачастила Плакса, вскочив с кушетки. – Вы только взгляните, мои платочки, они порваны, а ведь на них не просто вышивка, а аллегорические картинки, моя кузина рисовала их, а я подбирала нитки… А книга, посмотрите, это роман госпожи Гомон, мне дала его почитать моя приятельница, Элен Веселовская... порезана обложка и страницы…. Как же я верну книгу? И вязание… я вязала шарф Шураше… немного, правда, успела, но все нитки порваны! Флягу, верно, можно выправить: у нас в Древково кузнец на все руки мастер, хотя, пусть остается вмятина, как знак… Как вы оказались там, Николай Иванович? О, если бы не вы, мое хладное тело… лежало бы там, на холодных камнях! А чулок… ах, как неловко… – Чулок, вязание, книга?! – барон старался держать себя в руках, страстно желая заткнуть болтливый рот соседки. – О чем вы только думаете?! Кабы не эта рухлядь, вас в живых уже могло не быть, и вы не сидели бы здесь, рыдая по чулкам. Зачем, черт подери, вас туда занесло? – Меня? – Плакса замерла, сжимая в руках шелковый чулок. – Я была в театре, а граф Ардаевский сообщил, что Федор Гаврилович… погиб. Несчастный случай… Вы не знаете, правда ли это? – Правда, – буркнул барон. – Значит, правда… А я надеялась, что нет. Вы не знаете, как это случилось? – Не знаю. Прекратите рыдать, мадам! Возьмите платок. Ему уже ничем не поможешь… а вам еще возможно. Плакса промокнула слезы, опустилась на кушетку и, всхлипывая, продолжила: – Я пошла с Корнеем домой. Ах, что же с Корнеем, где же ваш Леопольд! Он пошел туда? Мы идем, и вдруг кто-то зовет на помощь, а у меня, взгляните, и сонное зелье во фляжке, в этой, что помята, и нюхательные соли… вот во флакончике.. И мазь... вы знаете, какая это чудодейственная мазь? У нас в Древково есть знахарка, бабка Фекла, так ее мази на всю округу славятся, а девки даже мажутся, чтобы краше стать… Ой, и баночка с мазью повреждена, смотрите-ка, трещина… – Из театра, пешком, ночью?!И что же вы намеревались делать? Спасать господина Борзина? – барон выдернул нож из ридикюля, швырнул его на стол, за ним последовала пустая сумка, а сам с угрожающим видом склонился над Щербининой. – Прогуляться, говорите... Мадам, вы когда-нибудь задумываетесь, к чему могут привести ваши неразумные поступки? То вы гуляете по пустырям и находите трупы, то собираетесь убивать шантажиста, а стреляете в меня, то отправляетесь пешком ночью. И прекратите же рыдать, в конце концов! – рявкнул он, увидев, что ее глаза опять набухают слезами. Рывком поднял ее с кушетки и встряхнул. Она оказалась совсем близко, смотрела на него снизу вверх влажными вишневыми глазами, дышала лавандой и жаром, и барон не удержался и сжал ее в объятиях. – Простите меня, я не стану плакать, больше не стану… Слезы сами льются. Что вы делаете, ах, что вы делаете, Николай Ива... Он остановил ее речи поцелуем, и она ответила ему, неумело, неловко, жарко, потянулась к нему, обхватила за шею.

Klo: Хелга А-а-а!!! Восторг! И Плакса, и барон... А уж ридикюль Герой дня: ружье, которое выстрелило-таки Вот эту фразу не поняла: из проулка к ней метнулся кто-то черный, словно огромная птица, ворон.

Малаша: Наконец! Наконец барон вышел из себя! Дождались. Своими причитаниями о разорванных чулках и прочем Плакса совершила чудо, вынудила барона постаупить радикальным образом и буквально заткнуть ей рот. Лед тронулся, господа присяжные. Klo пишет: А уж ридикюль Герой дня: ружье, которое выстрелило-таки Теперь понимаю, чего авторы все время этот ридикюль описывали. Подготавливали к звездному часу. Все не случайно, даже эта сумка.

apropos: ДюймОлечка пишет: настоящий шпионский роман. Спасибо! Хелга Барон не выдержал, лед треснул. Ну довели... Klo пишет: А уж ридикюль Дык не зря мы так старались его описать и почаще обращать на него внимание читателей. Малаша пишет: буквально заткнуть ей рот. Вот именно - буквально.

bobby: Хелга Прелесть какая! Ну не устоял-таки барон! Как мне нравится эта парочка!

Хелга: Klo пишет: Вот эту фразу не поняла: Кинулся кто-то на Плаксу, весь черный. Пытались описать нападение поярче. Малаша пишет: Своими причитаниями о разорванных чулках и прочем Плакса совершила чудо, вынудила барона постаупить радикальным образом и буквально заткнуть ей рот. Достала до предела. bobby пишет: Ну не устоял-таки барон! Как мне нравится эта парочка! Мы их тоже очень любим.

ДюймОлечка: Ну наконец-то, молодец барон :) Ой, что теперь будет :) И да, я вот уже который день, хожу - вспоминаю эпизоды, и думаю, что я такого захватывающего смотрела в последнее время :) так меня увлекло, так ярко рисуется картинка и так хочется продолжения :)

Юлия: Хелга Сама судьба влетела птицей ‎ Хелга пишет: ‎ ‎Вестхоф, который никогда не считал себя рыцарем без страха и упрека, не раздумывая, ринулся на ‎помощь, ухватил нападающего за плечо и резко отбросил в сторону. Что ж так вдохновило барона ‎на столь неосмотрительный подвиг?..‎ Хелга пишет: ‎ ‎Он остановил ее речи поцелуем, и она ответила ему, неумело, неловко, жарко, потянулась к нему, ‎обхватила за шею. ‎ Свершилось! ‎ Событие без сомнения весьма выдающееся, но что ж там с Корнеем? Да прежде еще кого-то похитили... ‎‎ ‎ ДюймОлечка пишет: ‎ ‎и так хочется продолжения

apropos: Дамы! ДюймОлечка пишет: так меня увлекло, так ярко рисуется картинка Это безмерно радует , т.к. очень сложно нам пока представить и понять, как текст выглядит и воспринимается читателями. Одно дело описывать любовные коллизии, совсем другое - все эти шпионские штучки и интриги, возможно, не всем интересные. Юлия пишет: Что ж так вдохновило барона ‎на столь неосмотрительный подвиг?..‎ Возможно, унутренее благородство, которое он в себе никак не хочет признавать? bobby пишет: Ну не устоял-таки барон! Надо было как-то заткнуть этот фонтан красноречия. Пришлось пойти на крайне и практически экстремальные меры.

Хелга: ДюймОлечка пишет: И да, я вот уже который день, хожу - вспоминаю эпизоды, и думаю, что я такого захватывающего смотрела в последнее время :) так меня увлекло, так ярко рисуется картинка и так хочется продолжения :) Такой бальзам на душу авторов. Спасибо! Юлия пишет: Событие без сомнения весьма выдающееся, но что ж там с Корнеем? Да прежде еще кого-то похитили... ‎‎ Так авантюрный же роман...



полная версия страницы