Форум » Виленские игры. Временный раздел » Виленские игры - 3 » Ответить

Виленские игры - 3

Хелга: Виленские игры Авторы: Apropos, Хелга Жанр: авантюрный исторический шпионский роман Время действия: весна 1812 года Место действия: Вильна

Ответов - 300, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 All

apropos: Продолжаем. Внезапно ему на помощь пришел сам барон. – Мадам, сие не была вина господина полковника. Все произошло без его ведома, как я понимаю, а по инициативе господина де Санглена. Кстати, он сказывал, что отныне сам будет заниматься вашими прежними делами, а вас… ммм.. а вам поручены другие, хм… – Верно, вы не так его поняли, – Родионов спокойно выдержал взгляд барона. – И сюда я пришел как раз по службе. Собственно, я хотел побеседовать с вами, господин барон. Привратник сообщил мне, что вы у соседки… Могу ли я попросить вас уделить мне несколько минут и ответить на кое-какие вопросы? – Разумеется, полковник, – любезно сказал барон, мысленно посылая Родионова к дьяволу. - Извольте проводить вас в мой кабинет - там мы сможем поговорить обо всем, что вас интересует. – Благодарю вас, господин барон, – отвечал Родионов. Пан Казимир, весьма сожалея, что темперамент сей редкостной женщины обращен не на его персону, а баронову, с кривой усмешкой понаблюдал, как его соратник и его противник соревнуются в знании этикета, а затем принялся демонстрировать собственное умение. – Пани Эпракса, все еще готов предложить вам прогулку на свежем воздухе. Вам это просто необходимо, – негромко сказал он, наклонившись к Щербининой и делая вид, что не замечает свирепых взглядов юного прапорщика, на него обращенных, как и искоса на него брошенный взгляд Вестхофа. – Нет, благодарю вас, но я сейчас не могу, совсем не могу, Казимир Чеславович, – забормотала Плакса, заметив ледяной взгляд барона, устремленный на Пржанского. – Сын здесь… Ну вы понимаете… – Понимаю… Очень жаль, но помните – я всегда к вашим услугам, мадам. Вынужден откланяться... – Пржанский прикоснулся к руке Щербининой и было направился к выходу, как к нему обратился Родионов. – Пан Пржанский, дабы не наносить вам в любом случае необходимый мне визит, позволите проводить вас... до дверей? – спросил Родионов. Пржанский крякнул и мысленно послал полковника еще дальше. А Родионов, повернувшись к барону, добавил: – Задержусь всего на пару минут, а затем присоединюсь к вам, господин барон. – Как вам угодно, – ответил барон, извинился перед хозяйкой за то, что вынужден ее покинуть, и вышел. Следом за ним квартиру покинули Пржанский и Родионов, и едва они оказались на лестничной площадке, полковник сказал: – Вы уверили меня, что не встречались с шантажистом... Но в трактире «Поющий когут» утверждают, что видели вас вместе. Он еще не добрался до упомянутого трактира и не имел никаких свидетелей, подтверждающих слова Кузякина, но отчего бы не застать врасплох сего пана – и посмотреть на его реакцию? «Не одно, так другое! Не знаешь, где потеряешь, а где и голову свернешь, – подумал Пржанский, начиная спускаться по лестнице. – Вот ведь клещ. Вцепился – не оторвать!», и небрежно бросил через плечо: – Я, знаете ли, бываю в разных трактирах, обедаю там, иногда партию другую в карты, если компания подходящая... И в «Поющий» захаживаю, иногда. Место не слишком презентабельное, знаете ли, под настрой. Иногда хочется размяться... Возможно, сей шантажист и был там в то самое время или в какое другое, но я об этом ничего не знаю. Сказал и тут же засомневался: а не следовало ли признаться, что виделся с этим сикофантом? Вот ведь черт! Родионов услышал то, что, впрочем, и ожидал услышать. Пан Пржанский упорно стоял на своем, отрицая встречу с Кузякиным. Говорил ли он правду, или из ложной гордыни не желал признаваться в знакомстве с шантажистом – для расследования, по большому счету, не имело значения, но Родионов был не только также упрям, но и педантичен. Он хотел окончательно разобраться в этом деле и поставить в нем точку. Кузякину незачем было лгать, да еще с такими подробностями, каковые он изложил. Родионов про себя чертыхнулся, спустился по лестнице на несколько ступенек и спросил: – Рыжий Микола частый гость сего заведения? Не знаете случаем, с кем он чуть не подрался в тот день... когда вы там были? – Рыжий Микола? Вы за кого меня принимаете, господин полицейский? Я – шляхтич, и откуда же мне знать, часто ли какой-то Микола Рыжий ходит в трактир и с кем там дерется? – возмутился Пржанский и шагнул через две ступеньки. Похоже, господин Пржанский намерен все отрицать, даже если все, кто был тогда в трактире, подтвердят факт его встречи с Кузякиным. «Нынче же попрошу Летюхина заглянуть в это заведение, пусть прояснит обстановку», – подумал он. Пока же не было смысла тратить время на пана Пржанского. Полковник замолчал, бок о бок спускаясь с поляком по лестнице, и только когда они уже подходили к парадным дверям, как бы между прочим уточнил: – Так вы заехали к барону и вместе с ним навестили госпожу Щербинину... Кажется, она очень расстроена гибелью полковника Борзина. Пржанский настроился отражать дальнейшие попытки полицейского выжать из него признание о встрече с шантажистом и был несколько озадачен неожиданным поворотом разговора. – Я заехал к госпоже Щербининой, а вовсе не к барону, поскольку... Госпожа Щербинина весьма привлекательная женщина... Надеюсь, вы понимаете меня? Разумеется, она очень расстроена гибелью господина Борзина – он был другом ее мужа, знаете ли... Вы интересуетесь по службе или лично? – Нет, нет, просто полюбопытствовал, – ответил Родионов и, распрощавшись с Пржанским, отправился на встречу с бароном.

Хелга: Таттиана пишет: Я за Родионова, потому что он - человек чести, а честь барона давно лежит в английском банке, рядом с деньгами. Ваш выбор, ваше право! Барон, конечно, не белый, и не пушистый, но иногда совершает неплохие поступки, несмотря на то, что шпион. apropos пишет: Продолжаем. Спасибо за продолжение!

ДюймОлечка: apropos пишет: Госпожа Щербинина весьма привлекательная женщина А вот я почему-то не ожидала такого прямого подтверждения интереса, мне казалось, он будет юлить :)


Юлия: apropos Страсти накалились - еще и Шураша туда же apropos пишет: Пан Казимир, весьма сожалея, что темперамент сей редкостной женщины обращен не на его персону, а баронову ДюймОлечка пишет: я почему-то не ожидала такого прямого подтверждения интереса, мне казалось, он будет юлить А что юлить-то?.. За интерес к даме в тюрьму не угодишь... В отличии от других занятий пана... apropos пишет: Продолжаем Ангельский глас... Почаще бы еще его слышать

ДюймОлечка: Юлия пишет: За интерес к даме в тюрьму не угодишь В тюрьму то нет, но дама то может воспринять все очень серьезно, буде у нее такое желание, а тогда уж можно и попасть под венец, тем более тут есть свидетели

apropos: Дамы! ДюймОлечка пишет: дама то может воспринять все очень серьезно, буде у нее такое желание, а тогда уж можно и попасть под венец Да, пан Казимир чет не подумавши брякнул. Столько событий происходит, бедолага начинает путаться. Юлия пишет: Страсти накалились - еще и Шураша туда же Дык уже до кучи, размочить компанию. Хелга пишет: иногда совершает неплохие поступки, несмотря на то, что шпион. Ну да, есть и в нем что-то человеческое.

Таттиана: Здравствуйте, apropos. Спасибо за продолжение и за ответы. apropos пишет: Его ход мыслей вполне рационален, на мой взгляд, но никак не пренебрежителен. Я полностью согласна, что барон очень умный и очень рациональный человек, самый умный и самый рациональный в своем окружении. Он потому мне настолько неприятен, что очень верно изображен: тот, кто предает, всегда бывает именно таким - рациональным, строго просчитывающим все ходы, свысока смотрящим на обычных людей. В мои школьные годы о таких, как барон, говорили:«Он нас всех заложил». Во взрослой жизни о таких говорят: «Он нас всех сдал» - ведь рано или поздно люди узнают о рациональной деятельности такого человека. А за предательство (малое или большое) всегда платят больше, чем за честный труд. И каждый из нас может получить выгодное для себя предложение предать кого-то или что-то. И это дело только нашей совести - принять или не принять. Для дворянина это было вопросом чести. apropos пишет: Ну да, есть и в нем что-то человеческое. Согласна, всё как в жизни: и такие люди тоже любят близких - родителей, детей, жену. У барона нет семьи, опекает соседку. Видимо, каждый читатель выбирает в персонаже что-то более важное в своем понимании. С уважением, Таттиана.

Хелга: Таттиана пишет: Он потому мне настолько неприятен, что очень верно изображен: тот, кто предает, всегда бывает именно таким - рациональным, строго просчитывающим все ходы, свысока смотрящим на обычных людей. Вот поспорю насчет того, что все предатели рациональны и высокомерны. Вовсе нет, они очень разные, есть и нерациональные, и лизоблюды, так же, как и верные и преданные тоже разные.

Таттиана: Здравствуйте, Хелга. Возможно, для меня было бы лучше держать свое мнение об этом персонаже при себе, но вот не удержалась, потому что он очень верно изображен. Барон изображен , . Мне встречались в жизни такие, с холодным, ледяным, взглядом, логичные и рациональные, и не очень умные тоже встречались. Да, Вы правы, что они разные, но до серьезных высот доходят именно такие, как барон. И я совсем не уверена, что Родионов победит, пока барон идет всегда на шаг впереди.

Хелга: Таттиана пишет: Вы правы, что они разные, но до серьезных высот доходят именно такие, как барон. И я совсем не уверена, что Родионов победит, пока барон идет всегда на шаг впереди. Соперники если не равны, то достойны друг друга. В том и интересна дуэль?

Таттиана: Барону помогает неизвестный Невидимка, убирая опасных свидетелей. Я так понимаю, что такое положение вещей (барон не знает Невидимку) запланировано заграничными руководителями Вестхофа, чтобы он не отвлекался от сбора и передачи информации. Евпраксия Львовна передает барону те же самые сведения, что и Родионову, даже однажды советовалась с соседом, передавать ли улику воинской полиции. Родионов - профессиональный военный, далекий от интриг, он даже о паре «Пани Кульвец - Александр I» не знал. Да, однажды даже ветер дул в нужную шпионам сторону и против воинской полиции. Условия дуэли совсем не равные для сторон. И главное: барон знает, от кого скрывается, Родионов не знает, кого ищет. Родионов изначально ищет Невидимку среди штабных офицеров, но в шпионской иерархии Вестхоф стоит выше Невидимки, организуя всю работу и передавая сведения за границу. Я не могу назвать это положение вещей дуэлью, ведь дуэлянты дерутся с открытыми лицами, а барон скрыт. Мое мнение: барон пока выигрывает не благодаря своему уму, а благодаря всем обстоятельствам. А для Родионова в этой задаче сплошные неизвестные, вот выплыли пани Кульвец и пан Казимир, а против барона ничего нет, кроме подозрений.

apropos: Таттиана пишет: Барону помогает неизвестный Невидимка, убирая опасных свидетелей. Напротив, это мешает барону: убийства, особенно офицера, - дело нешуточное. Вон вся городская полиция на уши поставлена, не говоря о военной. Найдут если убийцу - все дело шпионское окажется под ударом. Невидимка же - самый ценный агент в этой компании, он добывает секретную информацию из штаба армии, куда барон совсем не вхож. Просто Невидимка совершил прокол - его зашифрованное письмо попало в сторонние руки, и начал рьяно избавляться от свидетелей, могущих его изобличить. Барон тут никаким боком. Таттиана пишет: дуэлянты дерутся с открытыми лицами, а барон скрыт. Скрыта его шпионская деятельность, да. Но вот случился ряд проколов, и барон вынужден общаться с Родионовым. Каждый старается что-то скрыть от собеседника - и что-то узнать. Оба они здесь на равных, а состязаются они в уме и наблюдательности, разве нет? Продолжаем нашу историю. О том, что Вестхоф отпущен из-под ареста, Родионов узнал, заглянув в канцелярию после беседы с поручиком Сомовым. Но если у де Санглена уже не было вопросов к барону, то у полковника они имелись. Посему, дабы не ходить вокруг да около, он сразу приступил к делу. – Господин барон, – сказал он, – когда я вошел в комнату Кузякина, у вас в руке было письмо, которое вы при мне бросили в печь. Но оно было уже обгорелым. – Обгорелым? – Вестхоф нахмурился, словно припоминая. – Да, будто его уже пытались сжечь, но вытащили из огня. – Неужели? Барон сделал удивленное лицо, мысленно восстанавливая картину происшедшего. Сам он стоял у печки, Кузякин сидел на полу у противной стены. Представить дело так, что шантажист пытался спасти свои драгоценные бумажки и вступил за них в борьбу, вытаскивая обгорелые останки, – не получится. Он хмыкнул и сказал: – Я бросил в печь целую пачку каких-то бумаг, часть из них вывалилась на пол. Пришлось подбирать и возвращать на место – в огонь. Вы вошли, когда я как раз забрасывал последнюю партию. – А что Кузякин? Говорил он, что это за документы? – Возможно, говорил, – барон пожал плечами. – Он все время что-то говорил, но, признаться, я не слушал. Мне это было неинтересно. – Но ведь вам надо было удостовериться, что среди сожженных бумаг находится важное для вас письмо. – Я удостоверился, – заверил барон. – И сжег его в числе первых. – Но в таком случае, вы должны были перебрать эти бумаги, чтобы найти свое. – Должен был, да. Я просмотрел какую-то часть, мое письмо нашлось довольно быстро. После этого другие я уже не смотрел, а начал все сжигать. – А что за письма – вы видели? Не помните – о чем, какие имена в них упоминались? – Полковник, ужели вас так заинтересовали те несчастные, что попали в лапы шантажиста? Родионов молча ждал ответа, и барон уступил: – Едва ли вспомню… Было письмо какой-то девицы, Натали, кажется. Документ, похожий на завещание, то ли Евграфова, то ли Егорова… Простите, точно не припоминаю. Еще что-то вроде рядной… – А на французском языке видели письма? По-французски было написано письмо к Мари Дюран. «Знает ли полковник, что я расспрашивал об этом письме? Не случайно же задает все эти вопросы», – подумал барон и решил придерживаться прежней линии поведения. – Кажется, видел что-то на французском, – сказал он. – И записку на немецком. Но, как вы понимаете, полковник, я не вчитывался. Мне это было не нужно, к тому же я хотел поскорее со всем покончить и уйти. – А как вы его выследили, шантажиста? Которого ни разу не видели до того, как к нему пришли. По вашим собственным словам. Вестхоф с невольным уважением посмотрел на своего собеседника и даже кивнул головой, признавая его правоту. Действительно, тогда, у Кузякина, он сказал Родионову, что ранее никогда шантажиста не встречал. Полковник это запомнил и теперь не преминул воспользоваться его промашкой. Одна ложь тянула за собой следующую. Приходилось на лету придумывать правдоподобный ответ. – Случай помог, – сказал Вестхоф. – Кузякин прислал записку с назначенной встречей, я не пошел – послал слугу проследить за шантажистом и сообщить мне. Остальное вы знаете. – И случаем ваша соседка, госпожа Щербинина, похоже, тоже оказалась жертвой шантажа, – заметил Родионов. – Бывают весьма удивительные совпадения, – барон для наглядности даже развел руками. – Кто бы мог подумать, что столько людей окажутся вовлеченными в сию нелепую историю? Оставалось надеяться, что полковник не станет расспрашивать о шантажисте мадам Щербинину, а та не захочет похвастаться собственными успехами в выслеживании оного. – Действительно, удивительные, – согласился Родионов, впрочем, весьма скептически отнесясь к словам барона. Вероятно, следовало допросить слугу Вестхофа, но, по размышлении, решил этого не делать: вряд ли барон рискнул бы на него ссылаться, коли не был уверен, что тот подтвердит заявление своего хозяина. – Каким образом шантажист, находясь в полиции, смог передать приветы мадам Щербининой? – в свою очередь полюбопытствовал Вестхоф, искоса взглянув на Родионова. – Кузякина еще вчера освободили, – пояснил полковник, не видя нужды скрывать сие обстоятельство. – За отсутствием улик. – Ну да, я ведь все сжег, – усмехнулся барон. – Но, кажется, помимо шантажа, ему были предъявлены и другие обвинения. – Он представил на все исчерпывающие объяснения, – сказал Родионов и задал наугад еще один вопрос: – Знакомы ли вы с баронессой Мари Дюран? – Баронесса Дюран? – барон сделал вид, что пытается припомнить имя. – Нет, боюсь, не знаком, – наконец сказал он. – Странно, ведь вы проживаете в Петербурге. Я слышал, салон баронессы пользовался успехом в столичных дипломатических кругах, в кои вы должны быть вхожи по роду службы. – Невозможно – да и незачем – водить знакомства со всеми, – заметил барон. – Кстати, что за нападение на мадам Щербинину? Ее действительно хотели ограбить? Вестхоф коротко описал происшедшее, представив все, как схватку вора с мадам Щербининой за право обладания ридикюлем. – Вероятно, не в силах выхватить из рук дамы сумку, вор попытался ее разрезать, но бежал, едва увидев меня, – заключил барон, не имея намерения делиться с полковником своими предположениями. Родионов, хотя и не слишком удовлетворенный разговором, на том завершил беседу и откланялся. Барон же вызвал Леопольда, дабы проинструктировать по поводу якобы выслеженного им шантажиста. – Что гости мадам – разошлись или здесь еще? – спросил он. – Пан Пржанский сразу ушел, его офицер этот аж до дверей проводил, – рассказал Леопольд. – Молодой барчук тоже вскоре спустился, пытался к вам пройди, да я не пустил: дескать, заняты беседой с господином полковником. Обещался быть позже. – Вернулся к матери? – Нет, на улицу отправился. Путь к мадам Щербининой был свободен. Барон одернул сюртук и направился к лестнице, ведущей на второй этаж.

Klo: apropos Ой, что-то как-то барон начинает тонуть в этом водовороте событий...

apropos: Klo Klo пишет: барон начинает тонуть в этом водовороте событий... Ну, это рано или поздно должно было начаться. Судьбина у него такой.

ДюймОлечка: apropos Вот, да, ложь она такая "утопительная" :) Как начнешь, так потом не знаешь как и остановиться... Какой интересный разговор намечается, вся в предвкушении :)

apropos: ДюймОлечка ДюймОлечка пишет: Как начнешь, так потом не знаешь как и остановиться... Это точно. Поэтому лучше и не начинать. Но не может же бедолага барон раскрыть тайну дамы. ДюймОлечка пишет: Какой интересный разговор намечается, вся в предвкушении :) Барону очередное испытание.

Таттиана: apropos пишет: Каждый старается что-то скрыть от собеседника - и что-то узнать. Оба они здесь на равных, а состязаются они в уме и наблюдательности, разве нет? Да, безусловно. Но я смотрю на ситуацию, со стороны Родионова, мне хочется, чтобы ему было лучше, чтобы ветер дул ему в помощь. Кстати, невольным помощником оказался Кузякин, сколько информации всплывает благодаря ему. apropos, а вот интересно получается, что я, сторонница Родионова, оцениваю положение, результаты шпионской деятельность и опыт барона очень высоко. Ведь он сумел подчинить себе пана Казимира, всю черновую работу ведет группа Пржанского. Мне понравилось, что Шурашу назвали:«Молодой барчук» - передает дух времени, может и раньше было в тексте, но я заметила сейчас. apropos пишет: Барон одернул сюртук и направился к лестнице, ведущей на второй этаж. Бедная Евпраксия Львовна так ждет счастливого замужества, так надеется на чудо! А у барона и в мыслях нет такого варианта. Мое уважение авторам!

Хелга: apropos пишет: Путь к мадам Щербининой был свободен. Барон одернул сюртук и направился к лестнице, ведущей на второй этаж. Что-то будет!

apropos: Таттиана Таттиана пишет: Бедная Евпраксия Львовна так ждет счастливого замужества, так надеется на чудо! Мне кажется, она и не ждет особо - понимает, что не на что рассчитывать. Но надеется подсознательно, конечно. Таттиана пишет: Ведь он сумел подчинить себе пана Казимира, всю черновую работу ведет группа Пржанского. Ну, его и прислали возглавить всю местную агентурную сеть, так что в этом его собственных заслуг нет, приказ сверху. Но пана Казимира держит в черном теле, да. Таттиана пишет: Шурашу назвали:«Молодой барчук» - передает дух времени Не упускаем случаев использовать архаизмы, ага. Хелга пишет: Что-то будет! Посмотрим.

bobby: Хелга пишет: Что-то будет! Долго барон поднимается на второй этаж... apropos Хелга Что же дальше?



полная версия страницы